«Иногда кажется, что готова умереть ради здоровья сына, но ему мир без меня не нужен»: исповедь матери ребенка-аутиста

Видео по теме:

Вторник 02 Апреля 2019 00:03 / Новости / Здоровье

<< предыдущая новость

Сво­ей ре­аль­ной ис­то­ри­ей с Woman.ru по­де­ли­лась Ека­те­ри­на Мень —пре­зи­дент Цен­тра про­блем аутиз­ма и мать аутич­но­го под­рост­ка. Она не толь­ко сде­ла­ла все воз­мож­ное, чтобы об­лег­чить жизнь сво­е­му сы­ну в те го­ды, ко­гда в Рос­сии не бы­ло прак­ти­че­ски ни­ка­ких ме­то­дик для по­мо­щи де­тям с аутиз­мом, но и ста­ла со­зда­те­лем пер­во­го в стране цен­тра, за­ни­ма­ю­ще­го­ся про­бле­ма­ми ней­ро­от­лич­ных лю­дей. Ека­те­ри­на Мень

Я все­гда по­мо­га­ла бо­лее сла­бым де­тям — еще с дет­ско­го са­да. Я пре­се­ка­ла трав­лю во всех кол­лек­ти­вах, где мне при­хо­ди­лось бы­вать. Бул­линг на­столь­ко про­ти­вен мо­ей при­ро­де, что я сра­зу же за­ме­ча­ла та­кие ве­щи. Я не мо­гу смот­реть на то, как уни­жа­ют дру­гих лю­дей. Воз­мож­но, это пе­ре­да­лось мне от мо­ей за­ме­ча­тель­ной ба­буш­ки, ко­то­рая про­шла через ла­ге­ря и ссыл­ки, но со­хра­ни­ла фе­но­ме­наль­ное, ко­ролев­ское до­сто­ин­ство. И се­го­дня я не мо­гу ви­деть неспра­вед­ли­вость по от­но­ше­нию к лю­дям, ко­то­рые сла­бее дру­гих.

В на­сто­я­щее вре­мя я воз­глав­ляю ор­га­ни­за­цию под на­зва­ни­ем Центр про­блем аутиз­ма. Пол­но­стью на­ше на­зва­ние зву­чит как АНО «Центр про­блем аутиз­ма: «Об­ра­зо­ва­ние, ис­сле­до­ва­ния, по­мощь, за­щи­та прав». Это и есть на­прав­ле­ния на­шей де­я­тель­но­сти. 

Мы ста­ра­ем­ся ра­бо­тать си­стем­но, за­ни­мать­ся та­ки­ми про­ек­та­ми, ко­то­рые ста­но­ви­лись бы об­раз­ца­ми для под­ра­жа­ния. Несмот­ря на то, что на­ша ор­га­ни­за­ция не очень боль­шая и со­всем не бо­га­тая, ра­бо­та­ет она эф­фек­тив­но. Ведь ко­гда со­зда­вал­ся наш центр, прак­ти­че­ски ни­че­го для аутич­ных де­тей в Рос­сии не бы­ло — раз­ве что со­мни­тель­ная ин­клю­зия, при ко­то­рой не бы­ло ни вза­и­мо­дей­ствия, ни со­ци­аль­ной прак­ти­ки, в ко­то­рой де­ти мог­ли бы се­бя про­явить.

Ис­то­рия Пла­то­на

А на­ча­лось все, ко­гда я са­ма по­ста­ви­ла ди­а­гноз сво­е­му млад­ше­му сы­ну Пла­то­ну. Да­же по са­мым кон­сер­ва­тив­ным оцен­кам счи­та­ет­ся, что у 40% аутич­ных де­тей аутизм ре­грес­сив­ный. Это ко­гда маль­чиш­ки и дев­чон­ки рож­да­ют­ся без ка­ких-ли­бо внеш­них при­зна­ков аути­сти­че­ско­го рас­строй­ства, раз­ви­ва­ют­ся ти­пич­но, идут в но­гу со сверст­ни­ка­ми, а по­том, где-то по­сле по­лу­то­ра лет, про­ис­хо­дит ре­гресс... Они те­ря­ют на­вы­ки, пе­ре­ста­ют об­щать­ся и ин­те­ре­со­вать­ся иг­рой. Лю­ди пре­кра­ща­ют быть для них ин­те­рес­ны. У мо­е­го сы­на ре­гресс на­чал­ся в один год и во­семь ме­ся­цев. Уже в те­че­ние ме­ся­ца он по­те­рял мно­же­ство на­вы­ков, у него ухуд­ши­лась мо­то­ри­ка. То­гда я по­ня­ла: что-то не так. Ме­ня уте­ша­ли, го­во­ри­ли, что он про­сто еще ма­лень­кий. Я то­же убеж­да­ла се­бя, что де­ти раз­ви­ва­ют­ся по-раз­но­му — рав­но­мер­но, скач­ка­ми или про­сто очень мед­лен­но. Но есть од­но но: они все­гда дви­га­ют­ся впе­ред. Они рас­тут, они долж­ны раз­ви­вать­ся, а их уме­ния и на­вы­ки — услож­нять­ся. Ес­ли же они дви­га­ют­ся на­зад, тут точ­но что-то не так.

Ека­те­ри­на Мень и ее сын Пла­тон

В этот пе­ри­од, несмот­ря на то, что ма­ло кто ме­ня под­дер­жи­вал, мы по­шли по вра­чам. Это бы­ли сплошь све­ти­ла, про­фес­со­ра. И они нам не по­мог­ли. Мне бы­ло по­нят­но, что это аутизм. Так, с двух лет мы ста­ли ра­бо­тать над этим, хо­тя офи­ци­аль­ный ди­а­гноз был по­став­лен на­мно­го поз­же. На­ша са­мо­сто­я­тель­ная ра­бо­та бы­ла не очень эф­фек­тив­ной, по­сколь­ку то­гда тол­ком не бы­ло дей­ствен­ных, совре­мен­ных ме­то­дов ле­че­ния. Они по­яви­лись в Рос­сии, толь­ко ко­гда был со­здан наш Центр про­блем аутиз­ма. Соб­ствен­но, он и был ос­но­ван для то­го, чтобы при­вез­ти эти ме­то­ды, име­ю­щие на­уч­ную до­ка­за­тель­ную ба­зу. Ведь до это­го в Рос­сии до­бить­ся ле­че­ния та­ки­ми ме­то­ди­ка­ми бы­ло невоз­мож­но ни за ка­кие день­ги.

У ме­ня бы­ла ил­лю­зия, что я пой­ду, за­пла­чу день­ги и смо­гу ку­пить для сво­е­го сы­на все, что за­хо­чет­ся —ка­кие-то за­ня­тия, при­е­мы у вра­чей… Но де­ло бы­ло со­всем не в день­гах. Бы­ли лю­ди и го­раз­до бо­га­че ме­ня, но они, как и я, ока­за­лись пе­ред на­глу­хо за­кры­ты­ми две­ря­ми. 

В 2006 го­ду бы­ли, ко­неч­но, и ка­кие-то цен­тры, и про­сто со­чув­ству­ю­щие, но не бы­ло то­го, что по­мо­га­ет де­тям по-на­сто­я­ще­му. По­это­му по­ве­ден­че­ской те­ра­пи­ей мы с сы­ном за­ня­лись толь­ко в пять лет. Со­от­вет­ствен­но, три очень цен­ных для раз­ви­тия ре­бен­ка го­да бы­ли по­те­ря­ны. Мы хо­ди­ли в центр, но это бы­ло бес­си­стем­но. Он очень сла­бо раз­ви­вал­ся, при­об­рел слиш­ком ма­ло на­вы­ков за этот пе­ри­од. Его по­ве­де­ние не из­ме­ни­лось — мо­жет быть, да­же ухуд­ши­лось. Физи­че­ски он рос, а пси­хи­че­ски его ни­кто не под­дер­жи­вал, не раз­ви­вал. Имен­но то­гда я ре­ши­ла со­здать ор­га­ни­за­цию, ко­то­рая бы при­вез­ла сю­да все, что нуж­но.

Все об аутиз­ме

Со вре­ме­нем я оста­ви­ла свою про­шлую ра­бо­ту и пе­ре­шла в Центр про­блем аутиз­ма, ста­ла за­ни­мать­ся этим про­фес­сио­наль­но, на­ча­ла учить­ся — в ос­нов­ном, на ка­ких-то за­ру­беж­ных кур­сах. Изу­чать эту те­му я ста­ла не для то­го, чтобы про­фес­сио­наль­но за­ни­мать­ся с детьми. В первую оче­редь, я хо­те­ла по­нять, что та­кое аутизм и как по­мочь мо­е­му сы­ну.

В ин­тер­не­те на тот мо­мент бы­ло ма­ло рус­ско­языч­ной ин­фор­ма­ции на те­му аутиз­ма. Все, что я про­чи­та­ла на рус­ском язы­ке в те го­ды, бы­ло со­всем не про мо­е­го сы­на. То­гда я об­ра­ти­лась к за­ру­беж­ным ис­точ­ни­кам и обо­мле­ла, по­то­му что это бы­ла со­всем дру­гая ре­аль­ность. По­том, ко­гда я ста­ла за­ни­мать­ся этой те­мой про­фес­сио­наль­но, я узна­ла, что огром­ное ко­ли­че­ство ро­ди­те­лей уже взрос­лых аутич­ных де­тей, рож­ден­ных еще в 1980-е го­ды, бы­ли на­прочь ли­ше­ны нуж­ной ин­фор­ма­ции. Они бы­ли вы­нуж­де­ны слу­шать мест­ных вра­чей-пси­хи­ат­ров, ко­то­рые го­во­ри­ли о та­ких де­тях пол­ную ерун­ду.

Ча­сто пси­хи­ат­ры и се­го­дня го­во­рят, что аутизм — это раз­но­вид­ность ши­зо­фре­нии или свой­ство толь­ко очень ум­ных де­тей. Ес­ли ре­бе­нок не раз­го­ва­ри­ва­ет, ему мо­гут при­пи­сать ре­че­вые за­держ­ки, а не аутизм. И де­ло да­же не в том, что го­во­рят пси­хи­ат­ры. Важ­но, что они счи­та­ют, буд­то аутизм мож­но ле­чить таб­лет­ка­ми. На са­мом же де­ле аутизм — это на­ру­ше­ние ней­ро­раз­ви­тия, это дру­гое устрой­ство моз­га. Вы мо­же­те по­вли­ять на та­кой мозг, лишь по­сто­ян­но его пе­ре­учи­вая. Ор­ган пла­сти­чен, у него огром­ные воз­мож­но­сти. Так что, ко­гда вы при­вле­ка­е­те ре­бен­ка к нуж­но­му со­ци­аль­но­му опы­ту, мозг ме­ня­ет­ся. Ино­гда де­ти и во­все те­ря­ют при­зна­ки аутич­но­сти. Ча­ще, ко­неч­но, ре­бе­нок оста­ет­ся с этим на всю жизнь, но за­то он ста­но­вит­ся бо­лее са­мо­сто­я­тель­ным. По­это­му таб­лет­ки тут со­вер­шен­но ни при чем. Они ни­как не мо­гут по­вли­ять на по­ве­де­ние.

Из­ме­не­ния по­сле ди­а­гно­за

Я не смо­гу ска­зать, что силь­но из­ме­ни­лась по­сле то­го, как узна­ла ди­а­гноз сы­на. Из­ме­ни­лась, ско­рее, кон­фи­гу­ра­ция мо­ей жиз­ни. Не бы­ло, впро­чем, и ка­ких-то ро­ко­вых по­терь. У ме­ня тот же брак, те же дру­зья. Кро­ме то­го, аутизм сы­на поз­во­лил мне встре­тить­ся с мно­же­ством но­вых лю­дей. Ино­гда я ду­маю, что в обыч­ных об­сто­я­тель­ствах ни­ко­гда бы не пе­ре­сек­лась с ни­ми. Без Пла­то­на я бы вряд ли встре­ти­лась с по­тря­са­ю­щи­ми вра­ча­ми, ко­то­рые за­ни­ма­ют­ся ин­те­гра­тив­ной ме­ди­ци­ной, уме­ют ле­чить слож­ные ком­плекс­ные за­боле­ва­ния. Неко­то­рые из них за­ни­ма­ют­ся биох­а­кин­гом, кто-то увле­ка­ет­ся те­мой anti-age. Мой сын вы­вел ме­ня в этот мир. Есте­ствен­но, я бы хо­те­ла, чтобы Пла­тоша ро­дил­ся без аутиз­ма. Я мно­гим бы по­жерт­во­ва­ла ра­ди это­го. Но не сво­ей жиз­нью. Ино­гда ка­жет­ся, что ты го­тов уме­реть ра­ди здо­ро­вья сво­е­го ре­бен­ка. Но я по­ни­маю, что сы­ну мир без ме­ня не ну­жен. По­это­му моя жизнь то­же долж­на быть в фо­ку­се мо­е­го вни­ма­ния.

Мое пси­хо­ло­ги­че­ское со­сто­я­ние, то, как я вы­гля­жу —все это очень важ­но.

В плане мо­е­го об­ра­за жиз­ни из­ме­ни­лось, ко­неч­но же, мно­гое. На­при­мер, ко­гда я учи­лась в ГИТИСе, пре­по­да­ва­тель­ни­ца по­сто­ян­но при­во­ди­ла ме­ня в при­мер как че­ло­ве­ка с по­вы­шен­ной кон­фликт­но­стью ре­чи. Но то, что яв­ля­ет­ся пре­иму­ще­ством для сту­дент­ки, меч­та­ю­щей стать ак­три­сой, при дру­гих об­сто­я­тель­ствах мо­жет ока­зать мед­ве­жью услу­гу. И Пла­тон ока­зал­ся очень чув­стви­тель­ным к этой по­вы­шен­ной кон­фликт­но­сти. Мы по­ня­ли, что да­же ко­гда я что-то объ­яс­няю, ему ка­жет­ся, буд­то я ру­га­юсь. Сын стал мо­ди­фи­ци­ро­вать мое по­ве­де­ние. Я на­ча­ла го­во­рить мяг­че и во­об­ще сле­дить за сво­ей ре­чью.

«Рань­ше я го­раз­до ча­ще пе­ре­хо­ди­ла на по­вы­шен­ный тон, да­же кри­ча­ла, а те­перь по­ня­ла, что с Пла­то­ном это­го ка­те­го­ри­че­ски нель­зя де­лать».

Бы­ва­ло, что я объ­яс­ня­ла свое по­ве­де­ние ха­рак­те­ром, но со вре­ме­нем осо­зна­ла, что мо­гу его кон­тро­ли­ро­вать. Ведь оно мо­жет быть непри­ят­но не толь­ко для мо­е­го ре­бен­ка, но и для дру­гих лю­дей. Или вот еще при­мер — рань­ше я обыч­но про­сы­па­лась в дур­ном на­стро­е­нии. Моя се­мья все­гда зна­ла, что утром со мной луч­ше не пе­ре­се­кать­ся. Но те­перь я по­ни­маю, что бу­дить Пла­тошу в пло­хом на­стро­е­нии нель­зя. Он очень за­ви­сим от мо­е­го на­стро­е­ния. По­это­му при­шлось быст­ро пе­ре­стра­и­вать­ся. Те­перь я встаю и мгно­вен­но на­стра­и­ва­юсь на по­зи­тив. Так что Пла­тон учит ме­ня очень мно­го­му.

Что нуж­но знать ро­ди­те­лям аутич­но­го ре­бен­ка

Ро­ди­те­лю ре­бен­ка с аутиз­мом важ­но, преж­де все­го, не вы­па­дать из сво­ей при­выч­ной жиз­ни. Это очень слож­но. Каж­дый та­кой ро­ди­тель по­па­да­ет в си­ту­а­цию срав­не­ния, ко­гда смот­рит на здо­ро­вых де­тей. Но важ­но най­ти в се­бе си­лы не ухо­дить от лю­дей, не от­тал­ки­вать их. Так­же я бы по­со­ве­то­ва­ла ро­ди­те­лям осо­бен­ных де­тей ра­зум­но от­но­сить­ся к сво­е­му ре­сур­су, ведь его немно­го, он не бес­ко­не­чен. Необ­хо­ди­мо во­вре­мя его воз­об­нов­лять. Для неко­то­рых се­мей это тя­же­ло: бы­ва­ет, что ма­мы оста­ют­ся од­ни. Впро­чем, я бы не хо­те­ла го­во­рить ни­че­го пло­хо­го про пап, по­то­му что знаю со­вер­шен­но по­тря­са­ю­щих от­цов.

«Здесь нет ни­ка­кой пря­мой за­ви­си­мо­сти — мол, ес­ли у вас аутич­ный ре­бе­нок, то ваш муж­чи­на обя­за­тель­но уй­дет».

Утвер­ждать та­кое бы­ло бы очень неспра­вед­ли­во по от­но­ше­нию к тем от­цам, ко­то­рые ста­но­вят­ся един­ствен­ны­ми дру­зья­ми для сво­их аутич­ных де­тей. Так что, ко­гда я го­во­рю о ро­ди­те­лях, я, ко­неч­но, имею в ви­ду и ма­му, и па­пу.

Есте­ствен­но, ро­ди­те­лям аутич­но­го ре­бен­ка при­хо­дит­ся от­ка­зы­вать­ся от боль­шо­го ко­ли­че­ства ма­те­ри­аль­ных благ. Ведь день­ги, в первую оче­редь, идут на до­пол­ни­тель­ные ча­сы по­ве­ден­че­ской те­ра­пии, ло­го­пе­ди­че­ские за­ня­тия и тща­тель­ные ме­ди­цин­ские об­сле­до­ва­ния. Но к этим огра­ни­че­ни­ям быст­ро при­вы­ка­ешь.

Глав­ное — это со­хра­нять ба­ланс и не за­бы­вать за­бо­тить­ся о се­бе, о сво­ем здо­ро­вье. 

С вос­пи­та­ни­ем аутич­но­го ре­бен­ка за­тя­ги­вать нель­зя. Чем адек­ват­нее он се­бя ве­дет, тем боль­ше у ро­ди­те­лей воз­мож­но­стей оста­вить его с кем-то. По­то­му что ес­ли ре­бе­нок в за­пу­щен­ном по­ве­ден­че­ском со­сто­я­нии, это прак­ти­че­ски невоз­мож­но. Бы­ва­ют та­кие слу­чаи, ко­гда ма­ма не мо­жет схо­дить в душ, по­то­му как во вре­мя ее от­сут­ствия ре­бе­нок разо­бьет теле­ви­зор. Ес­ли же вы учи­те ре­бен­ка, раз­ви­ва­е­те у него на­вы­ки при­ем­ле­мо­го по­ве­де­ния, это зна­чит, что вы от­кры­ва­е­те для него го­раз­до боль­ше со­ци­аль­ных до­рог.

Об­ще­ствен­ная де­я­тель­ность

Я мно­го пи­шу о про­бле­ме аутиз­ма в соц­се­тях. Моя за­да­ча — пе­ре­во­дить и транс­ли­ро­вать необ­хо­ди­мую лю­дям ин­фор­ма­цию, при­ме­нять свой дар убеж­де­ния к ро­ди­те­лям, ко­гда они со­мне­ва­ют­ся, ко­гда они за­пу­та­ны и за­пу­га­ны. Я же са­ма через это про­шла! Мо­мент, ко­гда узна­ешь ди­а­гноз, мож­но срав­нить с па­де­ни­ем в про­пасть. И в этот мо­мент про­сто необ­хо­ди­мо за что-то за­це­пить­ся. Я не счи­таю, что у ме­ня есть ка­кая-то мис­сия. Я де­лаю все для Пла­то­на. Но ес­ли я мо­гу что-то рас­ска­зать, чем-то по­де­лить­ся, ис­поль­зо­вать свои спо­соб­но­сти, чтобы предо­сте­речь от че­го-то непра­виль­но­го, я это непре­мен­но сде­лаю.

Как об­ще­ствен­ный де­я­тель, я долж­на пе­ри­о­ди­че­ски пуб­лич­но вы­сту­пать про­тив ка­ких-то со­всем опас­ных, мра­ко­бес­ных вы­ска­зы­ва­ний. Так бы­ло, на­при­мер, ко­гда про­фес­сор Сер­гей Са­ве­льев за­явил, что у кер­чен­ско­го стрел­ка был аутизм. Нуж­но бы­ло вы­сту­пить, по­то­му что это неправ­да. Это ужас­но, ведь ко­гда де­ла­ют­ся та­кие ни­чем не оправ­дан­ные за­яв­ле­ния, пуб­ли­ка это «съе­да­ет», и очень труд­но ее пе­ре­убе­дить. На са­мом де­ле, пред­рас­суд­ков очень мно­го, и вся на­ша де­я­тель­ность на­це­ле­на на то, чтобы от них из­ба­вить­ся.

Аутизм — это очень ми­фо­ло­ги­зи­ро­ван­ный ди­а­гноз.

Но на­до по­ни­мать, что ми­фы, рас­про­стра­нен­ные сре­ди обы­ва­те­лей, пе­да­го­гов и док­то­ров, — это три со­вер­шен­но раз­ных ве­щи. По­это­му вы­сту­пить один раз и раз­ве­ять все сра­зу ни­как не по­лу­чит­ся.

На­сто­я­щее и бу­ду­щее

Еще од­ним на­шим до­сти­же­ни­ем на се­го­дняш­ний день яв­ля­ет­ся про­ве­де­ние еже­год­ной кон­фе­рен­ции, по­свя­щен­ной про­бле­мам аутиз­ма. Она по­яви­лась, по­то­му что был необ­хо­дим фор­мат, поз­во­ля­ю­щий лю­дям из раз­ных сфер вза­и­мо­дей­ство­вать, раз­ру­шать гра­ни­цы. Мне хо­те­лось, чтобы лю­ди узна­ли как мож­но боль­ше о но­вых ме­то­ди­ках, а так­же об ин­клю­зив­ном об­ра­зо­ва­нии от луч­ших экс­пер­тов в этой об­ла­сти. Я хо­те­ла при­гла­сить ней­ро­био­ло­гов, ко­то­рые ис­сле­ду­ют раз­ные фе­но­ме­ны: па­мя­ти, ин­тел­лек­та, эм­па­тии…

По­то­му что су­ще­ству­ет еще один рас­про­стра­нен­ный миф, что у аути­стов нет эмо­ций и спо­соб­но­сти к со­пе­ре­жи­ва­нию.

Мне хо­те­лось, чтобы мы на три дня со­зда­ва­ли некое про­стран­ство для об­ще­ния вра­чей, уче­ных и, ко­неч­но же, ро­ди­те­лей. Важ­но бы­ло так­же из­ба­вить­ся от язы­ко­во­го ба­рье­ра, по­это­му у нас на кон­фе­рен­ции ра­бо­та­ет несколь­ко пе­ре­вод­чи­ков-син­хро­ни­стов. У нас очень мно­го ан­гло­языч­но­го кон­тен­та, но офи­ци­аль­ный язык кон­фе­рен­ции — рус­ский.

Ека­те­ри­на Мень на кон­фе­рен­ции, по­свя­щен­ной про­бле­мам аутиз­ма

И все же пер­спек­ти­вы для аутич­ных де­тей се­го­дня очень скром­ные. Кро­ме то­го, они усу­губ­ле­ны су­ще­ству­ю­щей си­сте­мой пси­хо­нев­ро­ло­ги­че­ских ин­тер­на­тов, ко­то­рой мы с кол­ле­га­ми воз­му­ще­ны. Это глав­ный по­зор стра­ны, тор­же­ство неспра­вед­ли­во­сти. И мы, лю­ди, раз­би­ра­ю­щи­е­ся в этой те­ме, осо­зна­ем весь ужас про­ис­хо­дя­ще­го. А вот об­ще­ство по­ка не осо­зна­ет. Эта си­сте­ма ужас­на тем, что она очень за­труд­ня­ет по­стро­е­ние бу­ду­ще­го, ко­то­рое мы хо­тим для сво­их де­тей.

Я хо­чу, чтобы мой ре­бе­нок ра­бо­тал. Ко­гда я по­ня­ла, что для мо­е­го сы­на нет под­хо­дя­щей шко­лы, я на­ча­ла ду­мать, как со­здать та­кое учеб­ное за­ве­де­ние. И у ме­ня это по­лу­чи­лось. Те­перь я ду­маю, как най­ти тру­до­вое ме­сто, ку­да мог бы прий­ти мой ре­бе­нок. Я знаю, оно су­ще­ству­ет, за­да­ча со­сто­ит лишь в том, чтобы его вы­явить и чуть-чуть под­го­то­вить. Же­ла­тель­но, чтобы та­ких мест бы­ло несколь­ко и мой сын мог вы­би­рать. Все лю­ди долж­ны иметь пра­во на вы­бор. Весь ужас си­сте­мы пси­хо­нев­ро­ло­ги­че­ских ин­тер­на­тов за­клю­ча­ет­ся как раз в том, что она аб­со­лют­но ис­клю­ча­ет во­ле­изъ­яв­ле­ние. Су­ще­ство­ва­ние этой по­роч­ной си­сте­мы вре­дит об­ще­ству, эко­но­ми­ке стра­ны, про­грес­су. Моя за­да­ча — най­ти мо­е­му сы­ну ра­бо­ту, ко­то­рая непре­мен­но ждет его где-то, и со­здать тех­но­ло­гии, ко­то­рые по­мог­ли бы им встре­тить­ся. Ведь ес­ли я сде­лаю это для Пла­то­на, я сде­лаю это и для ко­го-то еще.

Пе­рей­ти к об­суж­де­нию

Ис­точ­ник: woman.ru

Вторник 02 Апреля 2019 00:03 / Новости / Здоровье

<< предыдущая новость

Теги: аутизма, аутизм, ребенка, детей

:

Погодки чаще страдают от аутизма

Дети-погодки чаще страдают от аутизма, чем те, у кого разница в возрасте составляет 2 года и больше, утверждают американские ученые. Также риск подобных заболеваний возникает у детей, рожденных с разницей более чем в 5 лет. Причем последний чаще связан с синдромом Аспергера и задержками развития. Эти закономерности были выявлены специалистами Центра по контролю и предотвращению заболеваний (The Centers for Disease Control and Prevention) в США и Колумбии. По их информации, 1 из 68 детей рождается с высоким уровнем риска развития аутизма, болезнь можно выявить при достижении ими 2 лет, чаще всего это происходит после 4 лет. Эти дети имеют сложности в общении со сверстниками. Сотрудники University of Valle in Cali проанализировали 1,1 миллион беременностей, результаты этого исследования легли в основу дальнейшего изучения. Возможной причиной ученые называют недостаток фолиевой кислоты в организме матерей, рожающих одного ребенка за другим. Также возникновение этих болезней связывают с генетической предрасположенностью, воздействием окружающей среды, состоянием здоровья и...
>>





© 2011 - 2019 ladiesnews.net